Увлеченный путешественник, талантливый художник и архитектор, профессор, доктор психологических наук, создатель уникального метода Нейрографики, автор множества книг… Это далеко неполный портрет Павла Пискарёва. Сложно перечислить все ипостаси многогранной и яркой личности. И при этом Павел – очень открытый человек и приятный собеседник. В этом редакция журнала «Вояж» убедилась, когда готовила интервью. А, главное, Павел Пискарёв умеет заряжать энергией, вдохновлять на поиск новых горизонтов и покорение самых сложных вершин.

 

«Вояж»: Первый вопрос традиционный для нас. Любите ли вы путешествовать?
Павел Пискарёв: Конечно, люблю. Путешествовал, вырос в путешествиях, путешествую и буду путешествовать.

«Вояж»: Как вы считаете, путешествия помогают решать психологические проблемы или это не связанные между собой процессы?
Павел Пискарёв: Связанные между собой процессы. Любое пересечение границы является психологическим актом. И вместе с пересечением границ территориальных, человек пересекает границы кросс культурные, границы эгрегоров и границы самого себя. Поэтому путешествия – это всегда трансцендентальная акция.

«Вояж»: Многие уже успели привыкнуть к потребительскому отношению в вопросах психологии. Появилась проблема, надо найти психолога/коуча/учителя/гуру, заплатить ему деньги и пусть он её решает. Ради этого люди готовы ехать в другие страны, выкладывать солидные суммы. Вы же предложили набор «инструментов», которые позволяют практически любому самостоятельно решать фундаментальные психологические проблемы. Для Нейрографики не нужен какой-то особый дорогой инвентарь. Вы написали книгу Нейрографика, в которой описали метод, выпустили атр-дневники и теперь каждый желающий, если наберется терпения и даст себе труд разобраться, может управлять своей реальностью. Почему вы не сделали из этого великую тайну, где освоение методики длилось бы годами, право создания первого рисунка ученик имел после многих лет обучения, а вы бы в это время получали «почасовую оплату» за уроки. Почему вы проявили такую щедрость и пошли путем «открытого знания»? 

Павел Пискарёв: Во-первых, «хочешь скрыть, положи на видное место». В этом смысле знание абсолютно открытое, менее всего интригующее. Таким образом, я закамуфлировал то знание, которое выдал в мир. Это раз. Во-вторых, Нейрографика навыковая практика и не надо скрывать теорию, потому что все равно люди приходят учиться рисовать. Обучение рисованию требует специального контакта с инструктором, с учителем, который увидит, что хорошо, что плохо, умеет подправить руку, подправить стиль, умеет помочь понять через рисование то, что написано буквой.

 

Все что можно узнать интеллектуально всегда открыто и скрыть невозможно. А все, чему требуется научиться все равно требует обращения в мастерскую, в студию, к учителю. В этом смысле мир никак не изменится.

«Вояж»: Вы ведете вебинары, читаете лекции, очень интересно и увлекательно рассказываете о Нейрографике, делитесь тонкостями проработки, но при этом вы написали книгу. Почему вы решили её написать?

Павел Пискарёв: Исторически, книга – это священный предмет, который приносят в храм на алтарь. Книга – это способ сделать временное вечным. Книга – это способ привести метод к конституции. Это практика оставить в неизменности то, что должно остаться неизменным. Именно работа на чистоту метода заставила меня сделать эту книгу. Пусть больше людей знают о Нейрографике, пусть опираются на книгу в своем обучении искусству жить красиво. 

«Вояж»: Вы — доктор психологических наук. Это множество написанных научных статей, огромный объем текста самой диссертации, участие в конференциях, доклады и много-много всего, что неподготовленный человек не то, что до конца, до середины дочитать не сможет. При этом книгу вы написали живым, легким, понятным языком. Так что даже школьник при желании может разобраться в сути сложного метода. Как вам удается переключаться в разные «режимы»? Есть ли особые приемы, секреты?

Павел Пискарёв: Особый прием в том, что, когда пишешь научную работу, видишь перед собой членов ученого совета, профессоров, коллег с высоким статусом в науке. А когда я пишу книгу для читателя, то предо мной открываются глаза и лица людей, которые не обременены научным текстом. Они намного лучше примут простую и понятную речь. Когда пишешь книгу для людей, не требуется подтверждать свою квалификацию, когда пишешь научную работу – это всегда аттестация. Мне больше нравится работать с простыми людьми. Я практический психолог. В этом смысле контакт с живым человеком, с мирянином, с человеком, который спокойно относится к прямой красивой устной речи – вот это мой собеседник.

«Вояж»: Только научное сообщество и все, кто настроен осознанно улучшать свою жизнь, приняли Нейрографику как неотъемлемую часть современного культурного кода, как вы вводите новое понятие — Метамодерн. Правильно ли утверждение, что методы Нейрографики связаны с естественным, природным, глубинным, первозданным механизмом мышления, а в рамках Метамодерна происходит обращение к аналитическому мышлению и сформированным навыкам интеллектуальной работы. Верно ли это? 
Павел Пискарёв: Не совсем. Первая часть верна. Потому что Нейрографика обращена к бионическим принципам, к принципам работы бессознательного, к тому естественному, что есть в человеке, к тому, что в нем происходит естественным образом.
Нейрографика – это практика, которая могла появиться в эпоху Метамодерн, а никогда раньше. Потому что Метамодерн интегрирует аналитический и бионический принцип, феноменологический принцип. В этом смысле, Метамодерн – это эпоха, которая не является порождением искусственного интеллекта. Метамодерн – это возвращение к жизни и Нейрографика – это инструмент этой эпохи, которую я посмел объявить.

«Вояж»: Если это так, то получается, что вы затронули другой пласт работы над личностью. В рамках Нейрографики вы предлагали методы, позволяющие стать творцом (в художественном, поэтическом смысле этого слова) своей судьбы. А метамодерн, скорее превращает человека в инженера или конструктора своего жизненного пространства. Не вступят ли эти концепции в противоречие друг с другом? Или вы просто для каждого уровня задач предлагается максимально приемлемые методы и способы проработки?

Павел Пискарёв: Метамодерн – принципиально эпоха, в которой все противоречия уживаются. Либо, что очевидно для нас, являются разными частями одного целого. Человека нельзя лишить аналитического ума, точно так же, как человека нельзя лишить права жить в феноменологическом мире, в мире чистых переживаний. Я думаю, что максимальное использование человеческого потенциала, всех его свойств и качеств — это и есть эпоха, которую я называю Метамодерн. Это там, где человеку удается быть на сто процентов самим собой.

«Вояж»: НЕЙРОГРАФИКА и ЗОЖ – это концептуально близкие понятия?
Павел Пискарёв: Принципиально, да. Потому что Нейрографика помогает людям решить те вещи, которые от здорового образа жизни их уводят. И в этом контексте Нейрографика помогает избавляться от привычек, от зависимостей даже если они не входят в насущную потребность человека. Просто человек становится лучше, чище, добрее, веселее. И вместе с этим у него пропадает потребность как-то портить себе жизнь. Потребность культивировать танатос.

«Вояж»: В каком направлении в ближайшее время вы собираетесь работать? Будет ли это написание новых книг, разработка новых направлений или вы посвятите время путешествиям?

Павел Пискарёв: Я посвящу время артистическим путешествиям. Мне нравится знакомить людей с миром искусства, мне нравится учить людей рисовать, мне нравится с людьми разговаривать на важные жизненные темы. Мне нравится помогать им находить решения. И в путешествии это получается намного лучше. Оторвавшись от привычной среды, человек начинает мыслить креативно. Поэтому если учить людей творчеству, то лучше всего в путешествиях.
А сам я планирую завершить еще одну работу, продолжать управлять институтом психологии творчества, много рисовать, двигаться в искусстве. На эту тему сейчас готовлю книгу, которая так и будет называться «Нейроарт. Искусство Метамодерна».

 

«Вояж»: Если бы можно было телепортироваться прямо сейчас, в какой бы точке
планеты вы хотели бы оказаться?

Павел Пискарёв: Я бы хотел оказаться на острове в атлантическом океане, в гряде Канарских островов на Тенерифе. Я очень люблю атлантическую воду. Люблю острова, потому что на них отдельная культура. И мне хочется знать и помнить, что солнце всегда светит. Поэтому надо стремиться в теплые страны, как только солнце перестало светить или делает попытку скрыться с северных горизонтов.

Расширяя горизонты или путешествие с Нейрографикой